Mindinvest

Деловой портал. Новости экономики, бизнеса и инвестиций

Азия, Экономика

Что осталось от экономики Сирии

Уже седьмой год насильственный конфликт в Сирии по-прежнему сильно сказывается на жизни сирийского народа и сирийской экономике. Число погибших в Сирии, непосредственно связанных с конфликтом, по состоянию на начало 2016 года оценивается между 400 000 (ООН, апрель 2016 года) и 470 000 (Сирийский центр политических исследований, февраль 2016 года), при этом многие получили ранения, а количество жизней пострадало. Более 6,1 миллиона человек, в том числе 2,5 миллиона детей, являются вынужденными переселенцами, а 5,6 миллиона официально зарегистрированы в качестве беженцев (УВКБ ООН, сентябрь 2018 года). 

Социально-экономические последствия конфликта также велики и растут. Отсутствие постоянного доступа к здравоохранению, образованию, жилью и продовольствию усугубило последствия конфликта и привело к тому, что миллионы людей оказались в условиях безработицы и бедности.

Кроме того, резкое сокращение поступлений от нефти и сбои в торговле оказали еще большее давление на внешние балансы Сирии, что привело к быстрому истощению ее международных резервов.

Оценка воздействия сирийского кризиса

До конфликта Группа Всемирного банка оказывала поддержку Сирии посредством технической помощи и консультативных услуг по вопросам развития частного сектора, развития человеческого потенциала, социальной защиты и экологической устойчивости.

Однако в начале конфликта в 2011 году все операции и миссии Банка в Сирии были приостановлены. Тем не менее, Банк следит за воздействием конфликта на сирийский народ и экономику. Он также регулярно ведет диалог с международным сообществом, работающим над Сирией, с тем чтобы убедиться, что оно готово поддержать усилия по восстановлению после соглашения. В 2017 году Банк подготовил два отчета о влиянии сирийского конфликта: (i) Оценка ущерба (DA) Алеппо, Идлиб и Хама, и (ii) Анализ экономического и социального воздействия (ESIA) конфликта на Сирия называется Toll of War.

Во-первых, в ПДР использовались спутниковые снимки, аналитика в социальных сетях, а также публичные и партнерские данные для оценки ущерба, нанесенного конфликтом в шести государственных секторах в трех городских центрах. Опираясь на уроки, извлеченные из других стран, затронутых конфликтом, он использовал основанный на фактических данных подход для: количественной оценки объема физического ущерба, нанесенного ключевой инфраструктуре; оценить влияние конфликта на оказание услуг в репрезентативной группе сирийских городов; и изучить тенденции в местных моделях устойчивости.

В докладе Toll of War оценивается экономическое и социальное воздействие конфликта в Сирии, включая его влияние на физический и человеческий капитал, а также его влияние на общее благосостояние сирийцев. В исследовании рассматриваются причины этих воздействий — физическое разрушение, человеческие жертвы, демографическая мобильность и экономическая дезорганизация — чтобы оценить относительную важность воздействия на каждого из них. Было установлено, что:

  • Человеческие жертвы конфликта (жертвы и вынужденное перемещение) и ущерб производственным факторам и экономической активности были обширными, нанося ущерб капитальным фондам (например, около одной трети жилого фонда и одна половина объектов здравоохранения и образования повреждены или разрушены), в то время как подрыв экономической деятельности. С 2011 по 2016 год совокупные потери ВВП оцениваются в 226 миллиардов долларов.
  •  Перебои в экономической организации являются наиболее важной движущей силой экономического воздействия, превосходящего физический ущерб. Конфликт нарушил экономическую деятельность, уменьшив экономическую связь, снизив стимулы для продолжения продуктивной работы и отключив сети и цепочки поставок. Совокупные потери ВВП из-за сбоев в экономической организации превышают потери физического разрушения в 20 раз. Этот контраст объясняется тем, как экономика реагирует на различные потрясения. «Только уничтожение капитала» похоже на некоторые стихийные бедствия: в хорошо функционирующей экономике его влияние на инвестиции ограничено (-22% в моделировании), поскольку капитал может быть быстро восстановлен и сдержаны последствия. Для сравнения, экономическая дезорганизация значительно сокращает инвестиции (-80% в моделировании); и эффекты распространяются с течением времени.
  • Чем дольше длится конфликт, тем труднее будет восстановление, поскольку последствия ухудшения экономической ситуации со временем становятся все более стойкими. Если конфликт закончится на шестом году, ВВП, по оценкам, возместит около 41% разрыва с его доконфликтным уровнем в течение 4 лет, а к 20-му году кумулятивные потери ВВП в 7,6 раз превысят ВВП 2010 года. Для сравнения, ВВП компенсирует только 28% разрыва за 4 года, если он заканчивается на 10-м году, с накопленными потерями ВВП в 13,2 раза к 2010 году к 20-му году. Моделирование также показывает, что эмиграция может удвоиться в период между 6 и 20 годами конфликта.

Оценка и анализ вместе подчеркивают постоянный диалог Банка с ООН, ЕС и другими партнерами по развитию и обеспечивают важное понимание экономики, инфраструктуры, предоставления услуг и институтов Сирии. Однако оценка и анализ не дают картину реконструкции, которая будет необходима после прекращения конфликтов в Сирии.

Поддержка сирийских беженцев и принимающих общин

Влияние сирийского кризиса было значительным в Ливане и Иордании, где, согласно консервативным оценкам, доля сирийских беженцев составляет 25% и 10% населения страны соответственно. Оперативное реагирование Банка в этих странах включало: (i) аналитическую работу по социальным и экономическим последствиям притока; (ii) быстрая подготовка проектов по оказанию помощи принимающим общинам и беженцам; и (iii) мобилизация значительного грантового финансирования от партнеров-доноров для поддержки принимающих стран.

В сотрудничестве с широким кругом партнеров и международными финансовыми институтами Банк руководил созданием Глобального механизма льготного финансирования (GCFF), механизма, который предлагает странам со средним уровнем дохода, затронутым притоком беженцев, более выгодное финансирование потребностей в области развития путем объединения гранты доноров с кредитами многосторонних банков развития (МБР). 

На сегодняшний день Банк поддержал около 3 млрд. Долл. США проектов в Иордании и Ливане, в основном на льготных условиях, непосредственно направленных на воздействие кризиса сирийских беженцев и на помощь беженцам и принимающим общинам. Такие проекты касаются рабочих мест и экономических возможностей, здравоохранения, образования, экстренных служб и социальной устойчивости, а также инфраструктуры.

Банк также управляет Ливанским сирийским кризисным целевым фондом (LSCTF), созданным в 2014 году для предоставления грантового финансирования проектам, смягчающим воздействие сирийского кризиса. LCSTF финансируется Великобританией, Францией, Норвегией, Финляндией, Нидерландами, Швецией, Швейцарией и Данией и поддерживает проекты в чрезвычайных ситуациях, включая образование, здравоохранение и муниципальные службы.

Leave a Reply

Яндекс.Метрика

Theme by Anders Norén